Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое icon

Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое




Скачать 121.88 Kb.
НазваниеNc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое
Маркус Флинт <> <> <>Рейтинг
Дата28.10.2012
Размер121.88 Kb.
ТипКраткое содержание
источник

Автор: Nataliny

Бета: Nimfadora

Пейринг: Оливер Вуд/Маркус Флинт

Рейтинг: NC-17

Жанр: Angst, romance. POV Маркуса.

Предупреждение:

Краткое содержание:

Disclaimer: Ни на что не претендую, все персонажи принадлежат Сами-Знаете-Кому.


Я снова смотрю на часы. Осталось пятьдесят пять минут до check-in’a. Уже пятьдесят четыре.

Я всегда точно слежу за временем. Вся моя жизнь складывается из секунд, минут, часов, дней, недель, месяцев, годов. Самое главное – это точно знать, сколько осталось. И если масштабного знания людям не дано, остается довольствоваться малым.

Все мои действия и расчеты завязаны на времени.

Малейшее промедление или опоздание, в моем случае, может стоить жизни.

Осталось пятьдесят минут.

На низеньком столике лежит черная папка, в которой собрана вся добытая мной за последний месяц информация.

Имена, числа, адреса, задания. Только факты и никаких домыслов. На них у меня нет ни времени, ни желания. Я четко выполняю свою работу.

Сорок восемь минут.

От неподвижного сиденья в жестком кресле больше часа начинают ныть шейные позвонки, отвлекая от стройного течения мыслей. Пальцы выстукивают ритм на шершавой поверхности столика.

Та-дам, та-дам, та-дам.

Сорок пять минут.

В комнате не включен свет, мне вполне хватает тех отблесков, которые проскальзывают из окна. Лишняя яркость только привлекает внимание. А внимание – это самое последнее, что мне сейчас нужно.

Сорок минут ровно.

Я практически сливаюсь с черным креслом. Мантия тщательно застегнута на каждую петельку, белую шею закрывает шарф, на руках – кожаные перчатки. Мой внешний вид направлен на то, чтобы меня не заметили.

Лишь мое лицо может выдать меня с головой. Черты слишком резкие, узнаваемые. Те, кто видел меня хоть раз, вряд ли смогут забыть.

Встреча со мной, как правило, оставляет после себя весьма неприятный осадок. Случайная встреча и узнавание – может стоить жизни.

Остается тридцать минут.

Я прокручиваю в голове альтернативные варианты на случай, если в этот раз связной не явится. Такого еще не было, но отвергать этот вариант как совсем невозможный явно не следует.

Идет война. Кто знает, что может случиться. А я не хочу оказаться в ситуации, которую не смогу проанализировать и выбрать верное решение. Я люблю точность.

Двадцать четыре минуты.

Кто-то может назвать мою работу грязной. Но это не так.

Грязь оставляет следы, я же – никогда. Единственный след, даже маленькое пятнышко может стоить мне всего. Прикрытия, маскировки, работы, жизни, наконец. Я не могу позволить себе такого.

Точность и аккуратность во всем – это то, что до сих пор позволяет мне сохранять статус шпиона и собственную конспирацию.

Семнадцать минут.

Время безвозвратно утекает. Для того, чтобы передать папку и необходимые устные инструкции мне нужно тридцать секунд. Ни больше, ни меньше.

Закрыть номер и сдать ключ на reception – еще минута десять.

Еще двадцать секунд на то, чтобы зайти за угол и достать портключ, который сработает секунда в секунду, как всегда.

У связного остается пятнадцать минут на то, чтобы появиться. Уже четырнадцать.

Меня всегда раздражало, что встречи не назначаются ровно на какое-то время. Они всегда оставляют промежуток в два часа, во время которого я должен дожидаться связного.

Бывало, что он появлялся сразу. Бывало – только через час. В последние минуты – очень редко. Никто не хочет лишний раз рисковать.

На ручке двери с внутренней стороны висит маленький белый шарик. Точно такой же лежит на подоконнике. Это та защита, которая необходима при моей работе. Антимагический барьер, блокирующий всю связь с внешним волшебным миром. И полная изоляция. Никто не может ни услышать, ни увидеть того, что происходит в этой комнате.

Но даже если бы могли…

Неподвижная темная фигура в кресле, пальцы, ритмично постукивающие по столику. Ничего, способного привлечь постороннее внимание.

Одиннадцать минут.

Я отгоняю от себя ненужные мысли. Предположения. Догадки. Это не для меня. Лишняя информация только отвлекает.

У меня есть четкое задание. Остальное – ненужные детали.

Десять.

Поднимаю голову от циферблата, как только в коридоре слышатся шаги. Незапертая дверь поддается без приложения особых усилий.

Первая мысль, проскальзывающая в моем сознании – «успел». Еще девять минут. Этого вполне достаточно.

Рука сама тянется к папке на столе и я начинаю подниматься с кресла, но так и застываю на месте, подняв взгляд на вошедшего.

- Вуд? – почему мне кажется, что мой голос слишком сильно отдает надеждой?

- Маркус… - тихо произносит он, плотно закрывая дверь и подходя ближе.

В его облике почти ничего не изменилось. Небрежно завязанный узлом шарф, зимняя коричневая мантия, красные от холода руки.

Только лицо…

Мы не виделись три месяца. Одну неделю. И пять дней. Сейчас я даже не пытаюсь вспомнить часы.

Он слишком бледен, под глазами залегли тени, а губы кажутся практически белыми.

Я намеренно не смотрю ему в глаза, протягивая черную папку и выдавая заранее заготовленные фразы:

- Число допущенных в Первый Круг стремительно сокращается. Утечка информации становится более явной. Он постоянно требует неотлучного присутствия. Следующий раз – только через месяц. Здесь, - я перевожу взгляд на папку в своих руках, - Все то, что должно быть. Первая дата – завтрашнее число.

Он молча убирает папку во внутренний карман мантии, предварительно уменьшив ее заклинанием.

Я ловлю себя на том, что удивленно приподнимаю брови.

Неужели ему дали такую сильную защиту, что он может преодолеть антимагический барьер, наложенный на эту комнату двумя сильнейшими артефактами? Я с уверенностью могу сказать, что сам не сумею этого сделать даже при всем желании.

Привычное жжение на левом запястье сейчас отсутствует, лишний раз подтверждая отсутствие любой магической связи с внешним миром.

В глаза ему я все еще не смотрю.

Осталось шесть минут.

- Маркус… - он подходит еще ближе, сокращая расстояние между нами практически до минимума. У него жаркое сбитое дыхание, а голос охрип от холода и постоянной сырости.
- Маркус, Маркус, Маркус… - он повторяет мое имя снова и снова, с каждым мгновением приближаясь ближе, пока не прижимается ко мне всем телом.

А я намеренно отключаюсь от эмоций, нахлынувших при звуке его голоса. Я не могу позволить воспоминаниям захватить меня. Сейчас – нет.

Остается только пять минут.

Все-таки поднимаю глаза, тут же встречаясь с ним взглядом. Я только что думал, что помню эти глаза? Помню. Но не такими, как сейчас.

Он отчаянно подбирает слова, но мне не нужно слышать того, что он может сказать. Я и так это знаю. И у нас совсем нет времени.

Четыре минуты.

Его губы шевелятся, пытаясь произнести то, что еще не сформулировано в голове.

Не надо. Оливер, слышишь, не надо. Ни тебе, ни мне.

Подаюсь вперед, преодолевая последние сантиметры разделяющего нас расстояния, и целую его в приоткрытые двигающиеся губы. Он не сопротивляется, лишь тихо выдыхает:

- Маркуууус… - и целует в ответ.

У него холодные, обветренные губы, так не сочетающиеся с горячим опаляющим дыханием. Каждую трещинку можно прощупать языком, а потом скользнуть внутрь, изучая, лаская, вспоминая… Стоп.

Две с половиной минуты.

Я пытаюсь отстраниться, но он не пускает меня, обнимая за плечи и вжимаясь всем телом. Его губы беспорядочно целуют мое лицо - губы, щеки, глаза, лоб, и он не перестает шептать:

- Маркус, Маркус, Маркус…

Две минуты.

Концентрация и самоконтроль – мои сильные стороны. Как бы сейчас мне ни хотелось остаться с Оливером, я не могу этого сделать. Он должен понять.

Мне приходится приложить усилие, чтобы вырваться из его объятий и затянуть разболтавшийся шарф на шее.

Он снова тянется ко мне, но останавливается, встретившись со мной взглядом.

Не сейчас. Ты ведь знаешь, не сейчас.

Он чуть отходит в сторону, пропуская меня к выходу. Но на его лице слишком красноречиво написаны все его чувства.

Гриффиндорец. Он никогда не умел прятать свои эмоции. Хотя не могу сказать, что лично я преуспевал в этом во время учебы в Хогвартсе. Но война многому учит. Особенно при моей профессии.

- Я…

- Не надо, Оливер.

Знаю, хочу сказать я. Но не говорю и молча выхожу из комнаты, забирая с собой ключ.

Прямо по коридору, два раза направо. Не оборачиваться. Ключ – администратору.

Тридцать секунд.

За угол налево, достаю портключ, и оборачиваюсь на шум шагов со спины.

- Маркус… - он снова начинает что-то говорить, но я этого уже не слышу.

Три, два, одни, рывок.

Портключ всегда точен, в отличие от людей.

Время ни о чем не сожалеет, оно движется только вперед, оставляя возможность оглядываться назад другим.


***

- Где ты был, Флинт?! Гоблин тебя раздери, где ты был?! – Эдриан вцепляется в мои плечи мертвой хваткой, как только портключ переносит меня в подвал дома Риддлов. Его лицо покрыто кровью и грязью, мантия порвана, а в глазах - неподдельный страх.

На моем лице не дергается ни один мускул. Что бы здесь ни произошло, я, прежде всего, помню о своей работе. И о том, кем я являюсь.

Все остальное – второстепенно.

Эдриан начинает оседать, все еще пытаясь удержаться за меня, но, в конце концов, падает на каменный пол, ударяясь головой о стену и теряя сознание.

Я мог бы его удержать. Мог – но не сделал. Сначала нужно понять, что здесь произошло.

Концентрация, анализ, принятия решений, действие. Именно в таком порядке и никак иначе.

У Пьюси рассечена бровь, резаная рана на плече и явный шок от слишком большого количества темных проклятий. Раны похожи на следы от Сектусемпры, но с уверенностью в сто процентов я пока сказать не могу.

Слишком мало данных для суммирования.

А догадки – это не для меня.

Я отсутствовал два часа семнадцать минут, большее время из которых просидел в маггловской гостинице, ожидая связного из «Ордена».

Вуда.

Но сейчас не самое подходящее время об этом думать.

Что могло здесь произойти за два часа, мне еще предстоит выяснить.

Не спеша поднимаюсь по каменной лестнице, ведущей из подвала наверх. Никаких посторонних звуков, даже тех, которые обычно присутствуют в доме.

Я не строю догадок. Только анализ фактов. А они пока полностью отсутствуют.

От напряжения пальцев палочка в моей руке начинает вибрировать и искриться, но мне до этого сейчас нет дела.

Все задачи можно разложить на первостепенные и второстепенные. Первостепенная в данном случае – выяснение того, что произошло.

От подвала до двери в гостиную – ровно двадцать метров. Спокойным шагом – десять секунд.

Пока только концентрация.

В гостиной – последствия настоящей бойни. Мебель перевернута и разломана на куски, ковер покрыт свежими пятнами крови.

И ни одного тела.

В столовой – картина идентична. Остальные комнаты дома не тронуты, за исключением веранды, на которой полностью выбиты стекла.

Концентрация.

Я стараюсь не пропустить ни единой детали, чтобы полностью восстановить картину происшедшего.

Для полного и детального анализа явно не хватает фактов. Я чувствую себя человеком, собирающим паззл, в котором отсутствует половина деталей.

Почему в доме, кроме бессознательного Эдриана, нет никого из Пожирателей Смерти?

Если здесь была схватка, что само по себе не вызывает сомнений, то где раненные или мертвые? Надеяться на то, что никто не погиб и не ранен, не позволяет наличие крови в гостиной и кухне.

Если в схватке победил «Орден», то почему в доме нет министерских работников, всегда оцепляющих дома поверженных Пожирателей?

Я только что вернулся от связного. Почему, если это была запланированная акция, я не был о ней предупрежден?

И как так получилось, что единственным человеком в доме остался раненный Пьюси?

Слишком много «почему» и ни одного «потому что».

Пять главных вопросов. Ни одного ответа. Догадки – не в счет. Я никогда не стану к ним обращаться.

Ловлю себя на мысли, что мне всегда мало. Мало наблюдений, мало фактов, мало деталей. Но самое главное – мне мало времени.

Время идет вперед, и с каждым его шагом я отстаю все больше. Еще немного – и будет уже не догнать.

Единственным вариантом того, что мне остается делать – это поговорить с Эдрианом.

Пять метров до гостиной, еще двадцать – до подвала. Двенадцать с половиной секунд. Десять – если поторопиться.

Пьюси все так же лежит, спиной привалившись к стене, а из раны на плече сочиться кровь.

У меня есть два варианта: залечить его заклинанием, и заклинанием же привести в чувства, но при этом жутко засветиться. Или же вылить на него холодной воды и расспросить обо всем так.

Я выбираю второй.

Применять магию без надлежащей защиты не безопасно вот уже года полтора. Каждое заклинание в Англии можно отследить. Так же, как и волшебника, его использовавшего. Только теперь это может делать далеко не только Министерство.

Я не могу позволить себе так рисковать. Цель, в данном случае, явно не оправдывает средства.

Пьюси морщится и отплевывается от попавшей в рот воды, открывая глаза и уставившись на меня испуганно-злобным взглядом.

- Что здесь произошло, Эдриан? – мой голос остается вкрадчиво-мягким, ярко контрастируя с выражением лица.

Сейчас я могу заставить его говорить. И это не важно, что на пятом курсе он был моим любовником. И, уж конечно, не имеет значения, что мы столько лет играли в одной команде.

Ничего личного, только задание. Сейчас главное – это моя работа.

- Поттер… - Пьюси морщиться от боли, пытаясь сдвинуться с места, но я впиваюсь в него взглядом, заставляя продолжать. – Орден… Они напали сегодня… Лазейка в системе охраны дома… нашли… Лорд и оставшиеся в живых аппарировали в замок Нотта, а я… меня ранил проклятый Уизли, я просто не успел… Они поставили антимагическую защиту на дом, понимаешь… Меня не заметили… под лестницей… слишком торопились… - Пьюси задыхается, с трудом произнося каждое слово.

В конце он скатывается на шепот, явно переставая осознавать, что именно говорит. Лишь обрывочные слова и фразы, не связанные в предложения.

Но и того, что он сказал, мне вполне достаточно. Недостающие детали паззла встали на свои места, образуя почти цельную картину.

Но только почти.

Я до сих пор не могу понять, почему не знал ничего об этой операции.

Почему мне о ней не сообщили?

Но догадки – это не для меня. А факты я узнаю позже.

Осталась последняя фаза. Действие.

Но сначала – проверка. Каждое человеческое слово нуждается в тщательной проверке, если ты никому не доверяешь.

А для меня доверие – слишком большая роскошь, которую я не могу себе позволить.

Ограничение на магию – сто процентов. Даже обычный «Люмос» не дал никаких результатов. То же и с аппарацией.

Министерство потратилось на славу, блокируя такой большой участок. Небывалая щедрость. И небывалая глупость.

Из Пожирателей в доме остался только Пьюси, который не входит даже во Второй Круг. От него нельзя получить информацию, он ей просто не владеет.

Привычно высчитываю данные. Площадь дома – восемьсот девяносто два квадратных метра. Три этажа. Один артефакт охватывает максимум пятьдесят квадратных метров при благоприятном стечении обстоятельств. И того не менее пятидесяти четырех артефактов, каждый стоимостью минимум по сто галеонов.

Это слишком много, даже если поверить в глупую расточительность Министерства.

Альтернативный источник блокировки?

Возможно. Но пока указывающих на это обстоятельств недостаточно. Расчет – да, но остальное – чистый домысел. Его нельзя принимать за подтвержденный факт.

Пьюси что-то хрипит у стены, но сейчас он не имеет для меня значение.

По сравнению с долгом даже человеческая жизнь – это слишком мало. А я должен выполнять свою работу.

Рукой нащупываю портключ, нацеленный на штаб «Ордена». Он – моя страховка в этом деле. Моя единственная страховка.

Поворот камня на кольце предшествует привычному рывку в районе пупка.

Я мог бы взять Эдриана с собой, но не сделал этого. Процент того, что он останется в живых и не попадет в Азкабан слишком мал.

Слишком мал для того, чтобы я стал рассматривать его спасение как вариант.

Рисковать заданием и работой не в моих привычках.

Ничего личного.

Ничего.


***


Десять секунд.

Десять секунд мне требуется для того, чтобы подняться на ноги после удара о пол в гостиной дома номер двенадцать по Гриммауд Плейс.

Еще две, чтобы оглядеться по сторонам.

И всего мгновение на то, чтобы почувствовать боль. Раздирающую, сжигающую, поглощающую боль, волнами распространяющуюся от моего левого запястья по всему телу.

Чертова метка.

Я умею терпеть. Это необходимый навык при моей работе. Нужно просто сконцентрироваться.

Одна, две, три, четыре, пять….

Ноги подкашиваются, не жалея держать дрожащее тело. Ослабевшие пальцы судорожно цепляются за край стола.

Восемь, девять, десять…

Спина выгибается от боли, рот перекосила страшная гримаса.

Двенадцать, тринадцать…

Глаза закатываются, а ноги не выдерживают. Край столешницы скользит по ребрам, на мгновение возвращая ускользающее сознание, в котором бьется единственная мысль:

Кто снял с дома антимагический барьер?

Пятнадцать, шестнадцать…

Время остановилось.


***

Первое что я вижу, открыв глаза – пурпурную ткань полога над кроватью.

Первая мысль, которая проскальзывает в начинающем пробуждаться сознании – «какой отвратительный цвет.»

Поворачиваю голову – и натыкаюсь на взгляд пронзительно-карих глаз.

- Маркус…

Говорят, что вот за таки взгляды и продают душу. Но не я. Продавать можно только то, чему знаешь реальную цену. А сколько стоит душа шпиона?

В голове шумит, мешая концентрироваться.

Который сейчас час? Часы на тумбочке показывают пол шестого вечера.

Последнее время, которое я помню – два часа дня.

Концентрация, концентрация, концентрация…

Я с силой сжимаю пальцами виски.

Его взгляд мешает сосредоточиться.

Три с половиной часа. Двести семьдесят минут. Шестнадцать тысяч двести секунд.

- Маркус… Мы победили. Он мертв.

Время нельзя догнать. Время нельзя остановить или повернуть вспять.

- Маркус… Ты меня слышишь?

Что делать, если ты упустил слишком многое?

- Маркус! Маркус!!! – он трясет меня за плечи, пытаясь поймать взгляд и привести в сознание. – Мы победили, слышишь, победили! Он мертв! Все кончено, понимаешь? Маркус, Маркус… Пожалуйста….

Ласковые руки осторожно гладят меня по лицу, запутываясь в волосах и приподнимая с кровати.

Что он сказал? Кончено?

- Поттер убил его, ты понимаешь, убил?! Больше не надо прятаться, теперь ничто не имеет значения. Начинается новая жизнь! Маркус, Маркус… Ты слышишься? Мы теперь свободны, свободны…

Два года работы под строжайшим прикрытием – кончены.

Кровавые собрания и постоянный контроль над своими мыслями – кончены.

Постоянное ожидание – кончено.

Пять часов тридцать восемь минут.

Мое время начинает идти сначала. Отсчет пошел.

Оливер продолжает говорить, торопливо рассказывая о битве, потерях, о том, почему он не сказал мне, почему не предупредил. Он отвечает на все незаданные вопросы, дает ответы на неразгаданные загадки.

Но это уже не важно.

Для меня прошлое перестало существовать.

Кончено.

Две минуты.

Я притягиваю его к себе, целуя, пробуя его губы, засасывая, кусая, сминая. Никаких воспоминаний – все с самого начала. Сжимаю пальцы так сильно, что на спине останутся синяки. Но этого все равно мало.

- Маркус, Маркус, Маркус…

Он вжимается меня всем телом, вцепляясь пальцами в отросшие черные волосы, и продолжает повторять мое имя, словно не может поверить, что это все-таки я.

Пять минут, Оливер, пять минут.

Я переворачиваю его на спину, не давая опомниться. Руки разрывают ткань, прикасаются к обнаженной коже, ласкают, гладят, рвут, сминают. Он стонет, когда я впиваюсь губами в бледную кожу на его груди, оставляя багровые пятна. Он стонет, когда я сжимаю зубами затвердевшую бусинку соска.

Только шесть минут, Оливер, а я уже умираю от жажды.

Укусы перемежаются с поцелуями, прикосновения губ к обнаженной коже обжигают, заставляя белое тело выгибаться и метаться по постели, повторяя, повторяя, повторяя…

- Маркус, Маркус, Маркус…

Разорванные брюки слетают с кровати вслед за рубашкой, последняя преграда – и сильные пальцы сжимают возбужденную плоть, заставляя кричать, умолять, выгибаться, но и этого мало.

Двенадцать минут, Оливер, а мне уже нечем дышать.

Он прижимается ко мне еще сильнее, обхватывая ногами за талию и приподнимая бедра, насаживаясь на меня и пронзительно вскрикивая, не успев вовремя сжать зубы. Поцелуи становятся все яростнее, губы искусаны в кровь, но я уже не могу понять, где заканчивается его тело, и начинается мое. Сейчас – все на двоих.

Он сжимает пальцами смятую простыню, громко вскрикивая при каждом толчке и умоляя не останавливаться.

Девятнадцать минут, Оливер, но меня это уже не волнует.

Тяжелое дыхание, ритмичные движения, искусанные в кровь губы. Длинные пальцы, оставляющие на спине красные полосы от ногтей. Глубже, сильнее, только со мной, только для меня.

- Я.. люблю тебя, Маркус!

Он содрогается подо мной, выплескивая на наши тела вязкую белую жидкость, и так сильно сжимает меня внутри, что все мысли испаряются, оставляя место чистому наслаждению.

Мое время остановилось, но теперь я не боюсь отстать. Я обогнал его на один шаг и ему меня не уже догнать.

- Я люблю тебя, Оливер.

Ведь ты тот, кто подарил мне вечность.


THE END.



Похожие:

Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconR жанр : Romance, drama, angst Предупреждение : Краткое
Краткое содержание: 12 драбблов связанные между собой отношениями Оливера и Маркуса
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconNc-17 Жанр : Humor, pov, Romance Предупреждение : Краткое
На память о встрече со стеной на лбу Вуда наливается здоровенная шишка. «Надеюсь, на долгую память», мстительно думаю я, дотрагиваясь...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconNc-17 Жанр : angst/romance Предупреждение : Краткое
Ну, к тому же такие средства защиты как коррекция памяти на предмет ненависти к своему опекуну не избегались. В итоге, на аппеляцию...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconNc-17 Жанр : angst, romance Предупреждение : Краткое
...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconR жанр : romance, fluff Предупреждение : Краткое
Краткое содержание: Иногда, что бы не упустить свое счастье, очень полезно присмотреться к своему врагу…
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconNc-17 Жанр : romance Предупреждение : упоминания об инцесте. Краткое
Краткое содержание: можно расстаться со всем, что у тебя было, но поможет ли это спрятаться от собственных чувств?
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconR жанр : romance Предупреждение : Краткое
Оливер может злиться, сколько угодно. Может думать, что у Маркуса столько привычек, которые мешают жить, что это уже ни в какие ворота...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconR жанр : angst/romance Предупреждение : намек на мпрег Краткое
Еще вчера от легкого муссона, кокетливо заигрывающего с листвой, деревья приветливо шелестели сочной кроной, а уже сегодня от былой...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconNc-17 Жанр : angst/romance Предупреждение : au, ooc (частично). Краткое
Но там, на верхней площадке башни, еще шел последний бой, самый яростный, предопределенный Предсказанием, неотвратимый, как борьба...
Nc-17 Жанр : Angst, romance. Pov маркуса. Предупреждение : Краткое iconG жанр : юмор, сопли Предупреждение : Краткое
Краткое содержание: Кто бы мог подумать, что Верховный Суд Визенгамота окажется полон шутников, и Маркуса Флинта, молодого, подающего...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©lib3.podelise.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Лекции
Доклады
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Программы
Методички
Документы

опубликовать

Документы