Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность icon

Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность




Скачать 291.19 Kb.
НазваниеЛекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность
Дата04.11.2012
Размер291.19 Kb.
ТипЛекция
источник

Лекция ##

Сущность, явление, видимость (кажимость)


Сущность


Познание противоречий в самой сущности предметов есть познание сущности. Практическое углубление в тайны природы является объективным процессом восхождения, в ходе которого постигающее мышление должно было в интересах практики ставить проблему сущности и выражать свое отношение к ней.

В своей взаимосвязи категории сущности и явления обозначают процессы опредмечивания и обособления полноты бытия:

а) эманации абсолюта,

б) превращения идеального в реальное,

в) бесконечного в конечное,

г) внутреннего во внешнее,

д) возможности в действительность,

е) сверхчувственного в чувственно данное.

Вместе с тем с их помощью описывается возвращение наличного бытия в полное бытие: имманация, снятие, распредмечивание.

Эти категории применимы для освещения не только объективных, но и субъективных процессов.

Гегель доказывал, что исходить нужно не из одной сущности или из одного явления, а из их неразрывного единства.

Сущность – не плод субъективного суждения, а объективный процесс.


^ Основные подходы к пониманию сущности:

1) С пантеистической точки зрения сущность есть насыщенность бытием. Она виртуально коренится в глубине явления, представляя собой совокупность всех отношений и возможностей. Истечение потенциальной энергии бытия оборачивается многообразием вещей как проявлений сущности. Явление есть самоограничение бытия через реализацию той или иной возможности, которая пребывает в виртуальном пространстве сущности.

^ Пантеизм и имманентная философия подразумевают:

а) под сущностью, сакральное и профанное незримое ядро предмета (внутреннюю энергию физического мира или индивида, субстанцию вещи);

б) под явлением – эманацию и экстериоризацию сущности.

В этом аспекте закон природы можно мыслить как такую существенную связь явлений, потенциальная энергия которой, выплескиваясь наружу и дробясь, порождает неисчислимое множество событий.

Явление изменчиво, преходяще и со временем возвращается в лоно сущности, то есть опять становится одной из ее потенций. Процесс интериоризации (имманации) явления обогащает и еще более стабилизирует сущность. Эманация сущности и имманация явления неразрывны; в круговороте бытия – от полноты и неопределенности к наличному бытию и обратно – сущность и явление переходят друг в друга.

2) Монотеизм: первичная сущность – это полнота трансцендентного бытия, ни в чем себя не ограничивающая и из ничего творящая космос, а все явления первосущности суть некие извещения о ней в форме вещей как ее знаков.

^ Монотеизм и трансцендентализм полагают, что предельные сущности (Бог, совершенные прообразы материальных предметов) вечно пребывают в потустороннем мире и обладают чистой, непроявленной, всеобщностью.

Иногда эти сущности творят и обусловливают физические явления, однако, не путем эманации, а либо из ничего, либо как бы отсвечиваясь в зеркале материи.

В свою очередь, явление лишено обратной связи с трансцендентной сущностью, не имманирует, не возвращается в нее. Таким образом, потусторонняя сущность и посюстороннее явление не взаимооборачиваются и не превращаются друг в друга.

Вместе с тем монотеизм различает: метафизические и физические сущности: Бог создал ex nihilo законы природы, изнутри нее регулирующие ход событий в нашем мире. При этом истолкование соотношения сотворенной сущности и ее проявлений может совпадать с пантеистическим подходом.

3) ^ Философия эссенциализма исходит из веры в реальность скрытых сущностей, управляющих миром феноменов. Для эссенциалиста, начиная с Платона, сущность есть ноумен, то есть нечто умопостигаемое. По мнению одних, она вне явления, по ту сторону от него (Платон), по мнению других – скрыта в основании феномена (Гегель). В размышлении о ноуменах эссенциализм видит призвание философа.

4) Феноменализм отрицает познаваемость сущности вещей и сосредоточивается на познании явлений.

Отрыв явления от сущности – характерная особенность кантианства. Более того, современные неокантианцы «очищают» кантианство от элементов материализма, придают ему более последовательный субъективно-идеалистический характер. Они отрицают закономерности развития, объявляют сущность «логической конструкцией», обманчивой видимостью или «словесной конструкцией» и т. д. и т. п. и приходят к отрицанию самой объективной реальности и ее познаваемости.

5) субъективный идеализм отрывает явления от сущности. Они заменяют категорию сущности, категорией «основа», и категорию «основы» («основания») понимают либо как явление без сущности, либо как сущность без явления.

Между тем категории «сущности» и «основы» – однопорядковые понятия. Основа есть та же «сущность», выражающая связь сущности и непосредственно данного в чувственном созерцании явления, т.е. переход сущности в свое опосредствование, в свои формы существования и развития.


5) Неопозитивизм проблему сущности и явления считает псевдопроблемой. В понимании, например, Р. Карнапа познание не может выйти за рамки эмпирико-научных вопросов и поставить вопросы о сущности предметов. Такого же взгляда на сущность придерживается и Б. Рассел, который о ней говорит как о «безнадежно сбивающем с толку понятии».


Мир явлений принципиально отличен от мира сущностей. Материальные вещи появляются тут или там и исчезают со временем, их можно видеть, обонять, осязать и т. д. Напротив, скажем, закон природы невозможно представить себе как круглый или квадратный, твердый или мягкий, сладкий или кислый; он не появился здесь вчера и не исчезнет завтра; закон, скорее всего, вездесущ и вечен. Как же совместить призрак закона с явью его истечений? Как теоретически объяснить взаимопревращение столь различных миров – чувственно воспринимаемого мира вещей и сверхчувственного мира сущностей? Похоже, этот вопрос является камнем преткновения для эссенциализма.

Итак, объяснение совмещения бытия сущности и существования явления сводится к ссылке:

а) на личность Бога (в монотеизме);

б) на безличностный абсолют (в пантеизме), то есть опирается только на веру.

в) Неприятие подобного объяснения дает феноменализму основание неприязненно относиться к метафизике и избегать разговоров о сущностях вещей. Например, для Канта сущность есть непознаваемая вещь-в-себе, которую он изолировал от явления (вещи-для-нас). С его точки зрения, явление есть не отражение объективной сущности, а только субъективное представление, которое аффицировано вещью-в-себе. Неопозитивист Рассел увел философскую проблему сущности в лингвистическую плоскость, доказывая, что только слово, а не вещь может иметь сущность.

Содержание категории сущности в ходе истории философии представало в трех измерениях:

1) как субстрат вещи;

2) как формообразующее начало;

3) как субстанциальная энергия.


^ Античная философия проблему рассматривает сущности в связи со сложностью познания и для отличия истинного знания от ложного, знания от мнения.

В действительности есть то, что истинно, и то, что есть его внешняя кажимость, видимость, являющаяся источником разных мнений.

Возникновение категории сущности, следовательно, было вызвано интересами постижения истины, а также интересами определения той объективной реальности, отражением которой является истина.

Сущность выступает как такое коренное, основное знание, которое и объясняет то, отражением чего она является.

1) Сущность как субстрат вещи;

Демокрит полагал, что сущность (идея) происходит от атомов, которые составляют вещь, и срощена с вещью. Современная атомистика наследует этот взгляд. Определение сущности как субстрата вместе с тем не дает возможности объяснить, почему из одного и того же набора элементов всякий раз складываются разные целостности, почему некоторое целое стало именно таким, а не иным.

2) Сущность как формообразующее начало;

Платон и Аристотель развили своего рода информационную концепцию сущности.

Согласно Платону сущности (идеи) – совершенные невещественные целостности. Их можно уподобить инженерным проектам будущих сооружений. Они вознесены над нашим миром, вечны, неизменны. Идея мистически отражается (высвечивается) в материальном субстрате, тем самым непрестанно формируя соответствующий ей класс предметов, а ее содержание избыточно и всегда богаче этих предметов.

Аристотель помещает платоновские сущности в сами вещи так, что материя и сущность (форма) становятся неразрывно связанными. Сущность есть своего рода информационная матрица вещи. Вещь преходяща, сущность же вечна. Форму никто не создает, ее лишь вносят в определенный материал.

^ Аристотель: сущность есть то, что не высказывается о подлежащем, субстанция и основание специфичности вещи.

Сущность – это устойчивое, но активное начало, актуальная, действенная форма, превращающая пассивную материю в вещь. Аристотель высказал ряд ценных мыслей о неразрывности сущности и явления, об отличии сущности от общего, что не всякое общее представляет собой сущность, а последняя – это такое всеобщее, которое определяет единичное и т. д.


3) Сущность как субстанциальная энергия.

Энергетическая концепция сущности сложилась в философии Нового времени. Например, Спиноза и Лейбниц предпочитают понимать сущность как мощь, активность, формообразующую силу. Сущность есть субстанция, к которой привязаны свойства и отношения. Субстанция Спинозы есть причина самой себя; она есть то, сущность чего заключает в себе существование.

В монаде Лейбница нет никакой пассивности, ее собственное действие - выявлять себя.

Материалисты отстаивали объективную реальность сущности и ее познаваемость.

Ф. Бэкон, разработав свой индуктивный метод, полагал, что он и есть новый «органон», надежное орудие по знания сущности.

Французские материалисты XVIII в., а затем и Фейербах развивают дальше материалистическое решение этой проблемы.

Фейербах подвергает основательной критике Канта за принципиальную непознаваемость сущности, за отрыв ее от явления, за отступления от материализма вообще. Тем не менее эта верная критика оказалась недостаточной, поскольку она не выходила за рамки чисто гносеологического аспекта, не опираясь на общественно-историческую предметную деятельность человека, на основе которой только и возможно научное решение проблемы.

У Гегеля сущность (идея) предстает во всех ее трех измерениях: как субстрат, рефлексия и субстанция. Абсолютная идея развивается по ступеням. Вышестоящее выявляется через нижестоящее. В свою очередь, его проявление есть сущность в отношении к следующему, нижележащему уровню бытия. Из представления о многопорядковости сущности следует, что сущность не находится по ту сторону от явления, но сама в определенном отношении есть явление, существующая вещь. Сущность является, а явление существенно; сущность и явление находятся в состоянии диалектического единства и перелива друг в друга. Согласно Гегелю сущность обычно высвечивается в явлении неадекватно, ее совершенное проявление крайне редко. Единство сущности и явления есть действительность.


Поскольку сущность есть снятие кажимости и содержит ее в себе как свой момент и поскольку сама кажимость может быть понята только на основе знания сущности, сказанного о кажимости достаточно и целесообразно остановиться более подробно на анализе сущности.

Сущность у Гегеля в «Науке логики» имеет ряд аспектов.

Сущность есть:

1) простое соотношение с собой самой, чистое тождество. Это есть то ее определение, со стороны которого она скорее есть отсутствие определений;

2) подлинным определением служит различие, и притом отчасти как внешнее или безразличное различие, разность вообще, отчасти же, как противоположная разность или как противоположность.

3) противоречие, противоположность которое рефлектируется в самое себя и переходит обратно в свое основание.


I. ^ Сущность является внутренним тождеством явлений, общей их основой.

Это – тот аспект сущности, о котором Гегель говорит как о «простом соотношении с собой самой, чистом тождестве».

Хотя сущность есть общая основа вещей, но не совпадает с общим. Верно, что общее может выступать как сущность, но в то же время может и не выступать.

^ Всякая сущность есть общее, но не всякое общее есть сущность.

Так, различные товары могут иметь общий признак, скажем, им как материальным вещам обще то, что они имеют химический состав. По такое общее отнюдь не есть сущность товара как экономической категории и искать ее нужно не в химическом, физическом и т.д. составе товара, а в экономических отношениях, овеществленных в товарах.

Рассмотрение многоразличности, всесторонности, индивидуальности свойств, качеств, связей самой данной вещи в себе, несмотря на всю его необходимость и важность, оказывается недостаточным, потому что эти многообразные индивидуальные связи вещи в себе с другими составляют некую систему и обусловлены всеобщей основой, сущностью, которая является вместе с тем объективным источником научного познания самих этих индивидуальных связей.

Для постижения научной истины необходимо за этим многообразием связей и отношений открыть их единую основу, возводить единичное во всеобщее, бытие в сущность.

Сущность, поскольку непосредственно не совпадает с явлением не лежит на поверхности предмета, не дана в чувственном созерцании, скрыта от него и постижима только наукой, мышлением.


Поэтому, опираясь на данные практики и живого созерцания, познание должно восходить к сущности и за многообразием внешней кажимости явлений открывать их внутреннюю основу, их сущность.

Часто говорят так: сущность познается только абстрактным мышлением. Верно, конечно, что для познания сущности нужно восходить от чувственного созерцания к абстрактному мышлению, к теории.

В индивидуальном познании, так и в истории познания эмпирическая стадия выступает как необходимая ступень, этап познания. Вместе с тем эта ступень – основа движения мысли от кажимости, явления, единичного ко всеобщему, сущности и выражает собою первую половину пути воспроизведения конкретного: от эмпирического накопления отдельных, разрозненных фактов, к их теоретическому обобщению и открытию их внутренне необходимых связей, законов, сущности – таково содержание этого отрезка пути познания, что является, в свою очередь, основой дальнейшего восхождения.


II. ^ Сущность есть процесс.

Противоположности единства совпадают, равнодействуют. Однако это вовсе не означает дуализма сущности. Никакого дуализма сущности в действительном мире не существует. Совпадение, равнодействие противоположностей означает, что каждая из них есть по существу «просвечивание» себя в другом и даже полагание себя как другого.

Значение истинной действительности заключается в сущности одной из них, другая – не имеет значения истинной действительности, поэтому объективная сущность хотя и противоречива, заключает в себе противоположные тенденции, тем не менее, только одна из противоположностей представляет ее, в то время как другая противоположность подчиняется первой.

Одна из них господствует над своей другой, подчиняет ее себе и для себя. Господствующая и подчиненная противоположности совпадают в том, что подчиненная должна быть подчиненной, чтобы могла господствовать господствующая, а последняя должна господствовать, чтобы могла быть подчиненной подчиненная.

^ Таким образом, господство есть в одном и том же отношении подчинение, а последнее – господство.

Следовательно, сущность одна, едина, есть одно и то же отношение, имеющее две стороны с противоположными тенденциями, в котором, подчиненная сторона снимает себя в господствующей, является ее моментом, формой ее движения, способом ее господства.

В этом единстве явление, хотя и определяется сущностью, обусловлено ею как своей основой, но в свою очередь, как сказали, обогащает сущность богатством своего индивидуального, особенного, отдельного: сущность сберегает, содержит в себе богатство каждой отдельной формы своего проявления в снятом виде. Следовательно, сущность повторяется во множестве явлений, бытует в них, передается, переносится ими не без собственного изменения, а в преобразованном виде, в специфическом преломлении в каждой отдельной форме своего проявления.


^ Сущность и основание

Основание – это категория, которая обозначает характер обусловленности опосредованного непосредственным.

Основание – то, что в данном отношении берется за непосредственное, а основанное – то, что опосредованно.

Если А определяет В, то А можно называть основанием, а В – обоснованным и В – сущности и явления, вещи и процессы). Характер зависимости В от А является производной от условий их взаимодействия. Внутренние различия между основанием и обоснованным могут перерастать в противоречия; снимаемые новой основой.

^ Основа – неразвитое основание, а основание – развитая основа, определяющая свое окружение.

Часто понятия основы и основания не различают, берут как синонимы. Тем не менее, языковая интуиция требует противопоставлять эти понятия.

В.И. Даль под основой подразумевает остов, скелет, первичный очерк, набросок будущего сооружения или предмета.

Гегель сравнивает основу с зародышем растения или человека, в котором еще нет развившихся частей-органов, нет четкого размежевания внешних и внутренних деталей. Основа, по Гегелю, безразлична к различиям своих предстоящих внутренних и внешних определений; это непосредственная самостоятельность, неразличенное тождество содержания с самим собой, лишенное опосредовании. Внутреннее и внешнее в основе слиты воедино. Самостоятельной основой, считает Гегель, служит непосредственное, внутри себя многообразное существование.

Основа – не некий фундамент, на котором покоится готовая конструкция, а остов («основ») еще не возведенной конструкции, своего рода генотип будущего фенотипа. Например, научная идея, взятая сама по себе и пока не развившаяся в теорию, это основа, но не основание будущей теории. Когда же идея развернется в систему понятий и следствий, то станет основанием обоснованного – различенным единством исходных посылок и выведенных из них последствий.

То, что вначале было основой, со временем обособится во внутреннее ядро (основание) своего окружения (обоснованного). Выделившись из своей сплошной основы, основание внутренне разовьется со временем в сложное единство частей и противопоставит себя обоснованному – внешнему своему-иному, тоже сложившемуся в дифференцированное целое.

^ Любое конкретное основание относительно. Оно противоположно не только своей исходной основе, но и безосновности, то есть небытию, ничто, полному отсутствию сплошности, определений и обусловленности.

Экхарт: Абсолютное есть основа сущего, чуждая всему, ей основанному. В отношении же к себе Бытие Бога является «безосновным», бездной. Божественное ничто Экхарт мыслил как единство праосновы и бездны.

Бёме: Бог вначале был не Единым и не духом, а только образом духа, пребывал нераскрытым и недифференцированным как безосновность, но затем сам Себя сотворил из ничего.

Шеллинг: сущность любой основы заключена в первооснове. Первооснова предшествует всем противоположностям и различиям, всему существующему, любым относительным основам. Следовательно, она есть абсолютно безосновное, полное безразличие и недвойственность – некая первичная точка общности основы и основанного.


Для полного описания различных аспектов взаимосвязи основания и обоснованного надо иметь в виду, что в каждой категориальной паре (сущность и явление, необходимость и случайность, возможность и действительность и т. д.) своеобразно преломляется отношение основания и обоснованного.

Основание может обернуться изнутри самораскрывающимся бытием, а обоснованное тогда станет внешним, предметным бытием.

Но основание бывает и внешним, поверхностным, неглубоким.

В механическом смысле основанием именуют то, что непосредственно воспринимает нагрузку от опирающегося на него сооружения.

Нередко термин основание заменяют его обыденным аналогом почва: беспочвенно – значит неосновательно, если есть почва для В, то В основательно. Почва – своего рода основание, которое питает нечто и из которого это нечто произрастает.

^ В формальной логике обусловленность вывода основанием обозначают понятием импликации (логической причинности): основание есть антецедент условного суждения; под основанием в логике, кроме того, понимают аргумент, а также одну из основных частей доказательства.

^ В естествознании основу изучаемых эффектов и событий часто ищут в каком-либо общем законе природы или принципе, то есть предпочитают говорить о ней как о существенной связи явлений.

^ В юриспруденции: судьи обосновывают свои решения действующими юридическими законами и правовыми нормами.


Одна из важнейших задач философии заключается в поиске последних или предельных оснований (принципов) бытия и мышления.

Теисты усматривают предельное основание в Едином Боге (Авиценна, Аквинат и др.);

объективные идеалисты-монисты – в верховной идее блага (Платон), абсолютной идее (Гегель);

материалисты-монисты – в:

а) первовеществе (Фалес, Гераклит, Демокрит);

б) материальной субстанции (Дидро, Гольбах, Энгельс и др.).

дуалисты (Декарт) полагают протяжение и мышление за две безусловные субстанции;

плюралисты (Лейбниц) признают бесконечное множество самодостаточных и замкнутых в себе миров.

^ Основание в логическом (иногда и в онтологическом смысле) первично по отношению к обоснованному, а обоснованное вторично в отношении к основанию.

Если иметь в виду не саму первореальность как средоточие всего существующего и всеединое, от которой производно все остальное в мире, а обычные, непредельные основания, то, вероятно, правильно утверждать, что всякое сущее имеет свое основание и условия своего существования.

То, что на одном структурном уровне бытия (сущности) служит основанием для обусловливаемой реальности, само оказывается обосновываемым каким-нибудь более глубинным и мощным основанием. Следовательно, понятия основания, обоснованного и условия суть предполагающие и переходящие друг в друга категории.

^ Лейбниц различил основание (ratio) и причину (causa), установил принцип достаточного основания для понимания истин факта.

Основание он понимал как определяющую причину, которая производит то, что вещи, существуют и существовали именно в таком, а не ином виде. Основание существования вещей, по Лейбницу, заключается в стремлении всякой сущности выйти наружу и обрести предметное существование. Вместе с тем у основания всегда больше реальности, нежели у обоснованного им.

Нельзя найти достаточного основания существования ни в какой-либо отдельной вещи, ни в собрании их или совокупности. Основания мира в целом, доказывал Лейбниц, надо искать вне самого мира: все возможное стремится к существованию, поскольку оно имеет основание в Боге. Возможности чего-либо возникают в сущностях вещей, основание возможности – это степень сущности.

X. Вольф описал основание как то, благодаря чему можно понять, почему мир нечто скорее есть, чем не есть, и через что можно понять, почему нечто существует.

Кант также сообщает, что Крузиус первым отличил основания бытия от основания познания.

^ Логическое основание, по Канту, есть то, что осуществляет связь между субъектом и предикатом, делает неопределенное определенным. Без основания не было бы полагания того, что им определяется. Определять – значит полагать таким образом, чтобы при этом исключалось все противоположное и чтобы было обозначено то, что действительно достаточно для понимания вещи именно такой, а не иной. Поэтому Кант считал, что вместо термина достаточное основание лучше употреблять термин определяющее основание: ничто не истинно без определяющего основания. Познание истины всегда опирается на усмотрение основания. Все то, что содержит в себе основание существования какой-либо вещи, есть ее причина. Если для сущего нет основания, то основание его – ничто, то есть не-сущее.

Кант подразделил основания на логические и реальные.

а) ^ В логическом основании отношение причины к следствию может быть усмотрено с полной ясностью по закону тождества (обоснованное логически тождественно с основанием);

б) в реальном основании характер отношения причины и следствия никак не может быть предметом обсуждения, потому что дождь, например, определяется ветром не по закону тождества, не логически, а по внелогическому, реальному, основанию.

Из закона определяющего основания, по Канту, следует:

а) в следствии нет ничего такого, чего не было бы в основании, ибо ничего нет без определяющего основания;

б) из вещей, которые не имеют между собой ничего общего, одна не может быть основанием другой;

в) следствие не может превосходить свое основание.

Гегель. Основание он определил как сущность, тождественную с собой в своей отрицательности; основание есть внутри себя сущая сущность. Нет ничего в основании, чего нет в основанном, так же как нет ничего в основанном, чего нет в основании.

Основание – это то, что непосредственно, а основанное – то, что опосредованно. То непосредственное, с чем основание соотносится как со своей существенной предпосылкой, есть условие; поэтому реальное основание по существу своему обусловлено.

Гегель доказывал, что в философии движение вперед есть скорее возвращение назад в основание – к первоначалу, исходным принципам.

После Гегеля категории основания и обоснованного исследовались преимущественно в логическом аспекте, проводились более детальные разграничения разновидностей оснований, в том числе субъективных и объективных оснований (Шопенгауэр, Вундт, Витгенштейн и др.).


Явление

Сущность является.

^ Явление есть проявление сущности, есть сущность в своем существовании. Не являющейся сущности или сущности вне существования нет. Сказанное, разумеется, не означает, что познание в явлениях также всегда постигает сущность.

Говоря: сущность всегда является, под этим подразумевается то, что сущность не может существовать иначе, как в своих объективных явлениях, в своих объективных формах проявления.

Не являющаяся сущность не есть сущность, а абсолютно пустая абстракция, подобно кантовской непознаваемой «вещи в себе». Что же касается познания сущности, то, хотя непознаваемой сущности нет, но поскольку познание есть временной и неисчерпаемый процесс, то и познание сущности есть временной процесс: одни сущности познаются на данном этапе, а другие, хотя и проявляют себя в своих объективных формах, но пока скрыты, не познаны и ждут своего познания.

«Мысль человека бесконечно углубляется от явления к сущности, от сущности первого, так сказать, порядка, к сущности второго порядка и т. д. без конца».

Постигающее мышление не должно смешивать эти разные вопросы. Их смешение было как раз одним из гносеологических источников различных разновидностей и идеализма, и агностицизма.

Являющаяся сущность есть непосредственность, есть существование. Все, что есть, существует. Если налицо все условия некоторой мыслимой вещи, то она вступает в существование.

Сущность, достигшая непосредственности, есть ближайшим образом существование, а как неразличенное единство сущности с ее непосредственностью, она есть существующее или вещь.

Явление есть, таким образом, сущность в ее существовании: сущность наличествует в нем непосредственно. Существование, как существенное существование, есть явление.

Сущность и явление взаимопроникают, взаимно обусловливают друг друга. Сущность является. Явление существенно. Ни сущность без явления, ни явление без сущности невозможны. Сущность существует (является) не иначе как в отдельном – в единичных, отдельных, реально существующих вещах, процессах, явлениях. Вне отдельного нет сущности. Отдельное явление есть проявление сущности, содержит ее в себе как основу своего существования и развития.

Все единичные явления отличаются друг от друга множеством специфических признаков, черт, свойств. Но вместе с тем они имеют одну общую основу, взаимосвязаны внутренним единством, обоснованы сущностью.

^ Взаимосвязь и взаимодействие явлений есть их всеобщая характеристика, выражающая тот факт, что явления не изолированы друг от друга, а находятся в бесконечных связях друг с другом. Все связано со всем благодаря тому, что каждое явление, кроме общей основы, имеет свою специфику, свою индивидуальность, свое особое свойство, которое есть отношение или связь. Именно благодаря свойствам явлений имеет место их взаимосвязь или взаимоотношение.

Явление вне взаимосвязи – ничто. Однако научное познание не задерживается на этой абстракции, не ограничивает себя констатацией этого самоочевидного факта.

Вместе с тем познание,

во-первых, устанавливает, что взаимосвязь явлений и есть их взаимодействие через их свойства;

во-вторых, поскольку знание общей картины взаимосвязи и взаимодействия явлений далеко недостаточно, оно стремится к раскрытию конкретного содержания, конкретного взаимодействия, конкретного единства,

в-третьих, при раскрытии содержания конкретного взаимодействия обнаруживается, что последнее есть не что иное, как взаимопревращение противоположностей, изменение, развитие. Взаимодействующие явления всегда составляют некую систему – в конечном итоге безграничную и бесконечную действительность, внутри которой противоположности, взаимно превращаясь друг в друга, обеспечивают ее развитие, обогащение.


Иногда явление часто отождествляется с кажимостью. Однако, несмотря на то, что имеются тождественные черты, но есть и различия.

Во-первых, кажимость есть всегда момент отражения, а явление в одном аспекте есть отражение, а в другом — существует объективно, вне отражения и отражается сначала в форме кажимости;

во-вторых, кажимость есть «ничтожность» сущности в то время, как явление богаче кажимоста во всех отношениях;

в-третьих, кажимость не заключает в себе сущности, а явление заключает;

в-четвертых, сущность может и не проявлять себя в кажимости, а в явлении – неминуемо. Так, капитал может и не проявлять себя в кажимости, но не проявлять себя в своих явлениях не может.


Основные варианты решения проблемы соотношения сущности и явления


Основные варианты решения проблемы соотношения сущности и явления:

1) есть только чувственные качества, кажимость, но нет никаких объективных вещей-в-себе, нет сущностей;

2) за кажимостью могут стоять вещи-в-себе, объективные феномены, которые нам еще предстоит познавать в чистом виде;

3) предельных объяснений чувственных данных и стоящих за ними явлений можно добиваться только посредством ссылок на глубинные сущности, открывающиеся нам наружу в форме явлений;

4) сущность никогда не проявляется полно и совершенно, поэтому феномены (и тем более кажимости) всего лишь намекают нам на бытие недоступной сущности, но принципиально не дают нам о ней истинного знания;

5) совершенные проявления сущности иногда все же случаются; они открываются избранным людям и транслируются через пророков;

6) сущности не прячутся, они всегда проявляются так, что от их проявлений можно истинно умозаключать к ним самим.


Видимость, (и кажимость)

Познание сущности, разумеется, начинается с ее видимости (кажимости), с несущественного, внешнего, которое есть бытие без сущности, есть «ничтожность».


Видимость – философская категория, введенная Гегелем для обозначения просвечивания (нем. Schein)

абсолютного через относительное,

бесконечного – через конечное,

сущности – через явление,

иного – через свое и т. п.

В видимости Гегель видел отблеск (показывание, выявление) одного бытия в другом, отсвечивание своего иного. В «Науке логики» эта категория сближается с понятием взаимоотражения противоположностей (рефлексии) и становится одним из аналогов понятия отражения.

Согласно Гегелю развертывание абсолютной идеи начинается через различение в абсолютном относительного и высвечивание первого во втором;

Видимость – это не ничто,

а рефлексия, соотношение с абсолютным;

иначе говоря, она есть видимость, поскольку в ней отсвечивает абсолютное. Гегель противопоставляет видимость невидимому, слепому бытию, например, слепой случайности, в которой не видна необходимость. Для него видимость всегда есть некоторая связь между как минимум двумя нечто, благодаря которой одно представлено в другом; видимость есть опосредование, которое само есть самостоятельная устойчивость.

Копия (как отсвет оригинала) логически вторична и менее мощна, нежели оригинал; в иерархии видов бытия в любой паре высшего и низшего бытия первое, по Гегелю, оказывается отсвечиваемым (видимым) во втором (отсвечивающем).

Субстанция как мощь обретает видимость – обладает акцидентальностью. Видимость достигается через отрицание субстанцией себя и самоопределение в форме сущности.

Сущность есть первое отрицание бытия, которое вследствие этого стало видимостью;

бытие и сущность находятся в таком единстве, при котором каждое имеет видимость в другом.

Бытие в своем переходе в сущность становится видимостью или положенностью. В свою очередь, в сфере сущности происходит раздвоение на субъект и объект, самостоятельное и положенное; сущность внутри себя порождает некие формы как формы видимости самой себя. Гегель определяет как абсолютную рефлексию как сущность, имеющую видимость в самой себе. Рефлексия есть видимость сущности внутри самой себя. В ней иное выступает лишь как видимость, как непосредственное исчезание.

^ Видимость, по Гегелю, объективна и противоположна субъективной кажимости. Он поддержал идею Канта об объективности видимости и не согласился с Парменидом в том, что видимость противоположна бытию.

У видимости есть отрицательный и положительный моменты, и оба этих момента имеют своей основой именно бытие, но вовсе не небытие. Непосредственность небытия, по Гегелю, есть как раз то, что составляет видимость; но это небытие есть не что иное, как отрицательность сущности в ней самой. Сущность определена внутри себя, поэтому она отличается от своего абсолютного единства и обладает видимостью. Причина видимости – определенность бытия.

Поскольку видимость – это отблеск оригинала в отражающем, и в отблеске нет непосредственно самого оригинала, то видимость есть отрицательное, обладающее бытием, но в чем-то ином, в своем отрицании; она несамостоятельность, снятая в самой себе и ничтожная.

Сущность, напротив, содержит внутри себя видимость как бесконечное внутреннее движение, которое определяет ее непосредственность как отрицательность, а ее отрицательность – как непосредственность, и, таким образом, есть видимость себя внутри самой себя.

Видимость несводима к отрицательности, ничтожности, снятости – в ней есть остаток бытия оригинала.

^ Видимость – это определенность, сквозь которую просвечивает другая определенность, а именно оригинал.

Гегель признает, что видимость имеет еще независимую от сущности непосредственную сторону и есть вообще некоторое иное сущности. Растворение ограниченного и конечного в абсолютном он именует положительной видимостью.

Гегель выделяет две основные формы видимости:

а) абстрактную видимость;

б) реальную видимость.

Сущность сначала имеет видимость внутри самой себя, в своем простом тождестве. Как таковая, она абстрактная рефлексия, чистое движение ничто через ничто обратно к самому себе.

Когда сущность являет себя, она уже реальная видимость, так как моменты видимости обладают существованием.

Видимость – это то же самое опосредствование, но ее лишенные опоры моменты имеют в явлении вид непосредственной самостоятельности. Явление есть единство видимости и существования. Когда определенные формы обретают стихию устойчивости, их видимость совершенствуется, переходя в явление, и такую самостоятельность существующего Гегель именует существенной видимостью.


^ Онтологическая категория видимости имеет свой гносеологический коррелят в понятии наглядности.

Наглядность есть особое свойство развитого знания. Она формируется в процессе взаимоотражения (рефлексии) чувственных и рациональных образов так, что над системой понятий, обозначающих познаваемый объект, в конечном итоге надстраивается чувственная «картинка» объекта, воспроизводящая систему понятий в целом.

Наглядность есть видимость рационального в чувственном и чувственного в рациональном (например, видимость квадратичного уравнения в геометрии параболы). Как и видимость, наглядность может иметь разные уровни глубины (существенности и проявленности), выступать как теоретическая или эмпирическая наглядность.

Гегелевская категория видимости была воспринята марксистами, однако ими же она была огрублена и искажена.

В справочных изданиях советского периода видимость чаще всего отождествлялась с противоположным ей (согласно Гегелю) понятием субъективной кажимости, либо с «неадекватным выражением сущности ее односторонними проявлениями».

Но с позиций гегелевской диалектики видимость несводима ни к кажимости и ни к каким-либо другим формам извращенного отражения, хотя некоторые ее разновидности могут быть охарактеризованы как кажимость или как одностороннее проявление сущности.

^ Кажимость – искаженная видимость, поверхностный взгляд на вещи, одностороннее или извращенное проявление сущности наружу.

Кажимость – не видимость «вообще», но только один из частных случаев видимости.

В свою очередь, кажимости целесообразно подразделять на два вида:

а) позиционные кажимости, вызванные объективными особенностями условий нашего наблюдения (например, кажимость восхода и захода Солнца вызвана тем, что мы вместе с Землей движемся вокруг Солнца), и

б) кажимости-иллюзии, которые сопряжены с дефектом наших познавательных способностей, с обманом чувств, извращенным восприятием действительности (так, мед может показаться горьким при некоторых заболеваниях печени).

Попытки объяснить природу кажимости предпринимались уже в глубокой древности.

^ В древнеиндийской философии веданты истинному миру Брахмана противопоставлялся материальный мир, лишенный в самом себе основания для своего бытия, однако вызывающий в людях наваждение своей реальности. Согласно веданте материальный мир предстает как майя Брахмана, то есть как иллюзия подлинности; колдовские чары вызывают в нас кажимость мира именно как видение его внешним чувственно данным миром, но не как осуществляемое внутренним способом восприятие Брахмана.

Элеаты противопоставляли истинно сущее миру чувственного опыта, трактуя последний как кажимость, заблуждение. В поэме «О природе» Парменид рассматривает множество чувственных вещей как кажимость, а чувства считает обманчивыми. Чтобы выйти за пределы окружающей человека кажимости и достичь знания об истинно-сущем, необходимо самоуглубление, озарение, странствие за пределы космоса.

Платон вслед за Парменидом разграничил знание и мнение: знание безошибочно как ведение о сверхчувственном вечном бытии, а мнение связано с восприятием чувственно данного мира и не может быть истинным, поскольку всякая отдельная материальная вещь нереальна. Взгляды древних мыслителей на кажимость модифицировались на протяжении всей истории философии и психологии без добавления принципиально новых объяснений общей природы кажимости.


Кажущееся есть несущественное, поверхностное, ничтожное, отрицательная природа сущности.

Как внешнее, чувственно созерцаемое проявление момента сущности кажимость есть тоже знание, но знание поверхностное, абстрактное, бедное.

Как исторически, так и логически познание невозможно без кажимости – последняя является необходимым этапом восхождения мысли к сущности.

Кажимость непосредственно не есть сущность, и как внешнее проявление ее момента может выражать сам этот момент извращенно.


^ Взаимопревращение сущности и явления


Сущность в своем существовании есть действительность, или, как говорит Гегель, действительность есть единство сущности и существования. Познание предмета как целого возможно, как уже отмечалось, при одном условии, если оно не останавливается на самостоятельном анализе каждой из противоположностей единства, а идет дальше, восходит к их синтезу.

Раздвоение единства и самостоятельный анализ сущности, а затем и явления есть движение мысли в отрицательном по отношению к исходному направлении, а их синтез есть движение мысли в противоположном, положительном направления, есть процесс восстановления их единства на высшей основе.

Вместе с тем анализ показывает, что ни сущность, ни явление сами по себе не есть целое, а есть его стороны или части. Только их диалектический синтез (но не сумма) дает целое в его полноте.

Это значит, что,

во-первых, действительность выше, чем бытие и чем существование;

во-вторых, она есть цельность, совокупность, точнее сказать, синтез своих моментов, потому и богаче, выше, конкретнее.

Чрезвычайно важно подчеркнуть, что сам этот синтез следует понимать диалектически, т.е. как развитие, как взаимопревращение противоположностей, как переход противоположностей друг в друга и в новое, высшее состояние. Поскольку сущность и явление не только тождественны, но и различны в своем тождестве, постольку и они переходят друг в друга: явление – в сущность, а сущность – в явление. Иными словами, их различие есть внутренне необходимое условие их синтеза, их взаимоперехода.

Взаимопревращаемость сущности и явления выступает как основное содержание всего пути познания и в особенности его второй половины, поскольку речь идет о синтезе, единении раздвоенных противоположностей. Мышление отходит от внешности, кажимости и углубляется во внутреннюю природу предмета, просвечивая ее.

Сведение явлений к их единой основе, к сущности, открытие закона их существования и развития есть в познании превращение явления в сущность. На этом отрезке пути познания, характеризующемся главным образом анализом и индукцией, единичное возводится во всеобщность, явление переходит в сущность.

Однако познание не ограничивается вычленением сущности. Оно пускается как бы в «обратный» путь и начинает из сущности, из единой основы объяснять одно явление за другим.

На этом отрезке пути познания, характеризующемся главным образом синтезом и дедукцией, сущность переходит в явление. От чувственно-конкретных явлений к сущности и от последней к мысленно-конкретным явлениям на высшей основе, т. е. на основе синтеза сущности и явления – таков путь научного познания.


В высшей степени важно подчеркнуть, что движение познания от сущности к явлениям не есть механическое перенесение сущности, а есть ее обогащение, ее обрастание «плотью и кровью», богатством единичных явлений, поскольку сами явления переносят на нее нечто специфическое, свое богатство. Это значит, что конкретное содержание явления обусловлено не только сущностью, но и множеством внешних связей и обстоятельств, в которых проявляет себя сущность.


Требование объективности рассмотрения вещи в самой себе, исследование ее относительной самостоятельности и устойчивости, сущности и т. д. вовсе не означает игнорирование анализа внешних условий предмета. Разумеется, всестороннее рассмотрение не может быть всесторонним, если игнорировать внешние связи и отношения, внешние условия, обстоятельства существования, развития предмета.

Нельзя ни отрицать внешнее, ни недооценивать его роль в жизни предмета, ибо само внутреннее объективно невозможно без внешнего и для его познания нужно познание внешнего. Истинное познание сущности возможно, если рассматривать ее всесторонне – в единстве внутреннего и внешнего. Сущность, «очищенная» от своего богатства внутренних и внешних связей и условий, есть пустая абстракция.

Истинное познание должно исходить из единства тождества и различия внутреннего и внешнего. Тождество их состоит в том, что они друг друга обусловливают, взаимопроникают и взаимопревращаюгся – внутреннее превращается во внешнее, внешнее – во внутреннее.

Вместе с тем эти стороны различны, отличаются друг от друга своим местом, ролью, характером, положением, спецификой и т. д. в этом их единстве.

Познание должно сосредоточить свое внимание на внутреннем, поскольку оно характерно предмету, оно составляет его внутреннюю жизнь, сущность, которая для своего проявления использует и подчиняет себе внешние условия.

С другой стороны, сущность может проявлять себя лишь в определенных внешних условиях, отношениях (как, например, капитал в своем обращении). Ведь ясно само по себе, что не было бы никакого капитала без его обращения. Более того, только их взаимопревращение есть восхождение, развитие капитала, который является конкретным, целым благодаря своему единству со всеми своими многообразными внутренними и внешними связями. Поэтому для имманентного рассмотрения предмета нужен анализ, кроме всего прочего, и внешних условий, сведение последних к внутреннему, поскольку сама внутренняя имманентная жизнь предмета есть превращение внешних условий в его внутренние процессы, в его содержание.



Похожие:

Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconЗанятость населения: сущность, принципы, виды, формы
Занятость как социально-экономическое явление можно определить как общественно-полезную деятельность граждан, связанную с удовлетворением...
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconЛекция №1 Тема 1 «Социально экономическая сущность налогов» Вопрос Объективная необходимость налогов Вопрос Экономическое содержание налогов, их эволюция
Охватывает: контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconЛекция ## Категории материя, содержание, форма Содержание Сущность в своем существовании есть целое, есть единство содержания и формы. Форма и содержание
Охватывает в известной степени также проблему содержания и формы
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconСущность экономического роста

Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconСущность, формы и виды бухгалтерского учета

Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconСущность финнсов организации
Роль финансовых ресурсов в деятельности современных организаций
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconДокументи
1. /Реферат - Сущность сознания.doc
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность icon1. Управление организацией, сущность и функции. Развитие теоретических взглядов на управление
Управление организацией, сущность и функции. Развитие теоретических взглядов на управление
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconЛештаевой Натальи Ивановны Цели урок
Познакомить учащихся с понятием «эпитет»; уяснить сущность признаков эпитета, их роль в речи
Лекция ## Сущность, явление, видимость (кажимость) Сущность iconФеномен социальной агрессивности: сущность и формы проявления
Работа выполнена на кафедре философии гоу впо «Кемеровский государственный университет»
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©lib3.podelise.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Лекции
Доклады
Справочники
Сценарии
Рефераты
Курсовые работы
Программы
Методички
Документы
Документы